Альпинист. Книга 3 [СИ] - Тим Волков

Остальные гости в комнате тоже закурили, столпившись у открытого окна.

— Андрей, тебе такой человек как Шкваркин Аркадий Олегович знаком? — спросил Дмитрий, затягиваясь.

— Нет.

— А вот он тебя знает. Говорит, что авторитет ты, каких еще он не видел никогда. Чуть ли не всю Москву держишь!

— Чего-о⁈ — вытянулся я в лице.

Дмитрий улыбнулся еще шире. Потом достал из внутреннего кармана пиджака фотографию, протянул мне. Я сразу узнал человека, изображенного на нем. И невольно улыбнулся. Это был тот самый картежник, которого мы встретили в поезде и которого я отшил.

— Этого Шкваркина на одной из станций местная милиция приняла — тот пытался у бабки стакан семечек украсть. Так он, чтобы прощение у органов получить, решил авторитета сдать. Ну то есть тебя. Думал, что крупную рыбу меняет на свою свободу.

— Да я же просто импровизировал, чтобы ребят вызволить!

— Верю, — кивнул Дмитрий. — И знаю, что ты не бандит, а добропорядочный гражданин. Это я к чему тебе сейчас рассказал про того Шкваркина? К тому, чтобы показать, что парень ты способный, с выдумкой. Не пропадешь. Вот в новом деле тоже просто импровизируй — и у тебя все получится. Дело не такое страшное, как кажется.

— Ладно, — буркнул я. — Помогу. Но только один раз! Рассказывайте подробности.

Неделя прошла как в тумане. Мы ездили на интервью, рассказывали — уже в какой раз? — одно и тоже все новым журналистам, газетчикам, радиоведущим. Ребята с группы вошли во вкус и уже на третий день вели себя в кадре раскованно, говорили гладко, даже чуть с нахальством и снисхождением. Особенно отличался Генка. Словно «поймав звезду», он с каждым новым интервью говорил все больше, не давая ребятам слова, за что те сильно на него злились. И даже попытки поговорить после и объяснить как нужно себя вести ни к чему не привели.

А вот я все не мог выбросить из головы наш вечерний разговор с Дмитрием.

Ребятам тоже сообщили, что они полетят в Великобританию, но про второе дело, которое нам поручено, они не знали. Так, наверное, даже лучше — думал я. Весь о полете за границу произвела фурор среди группы, еще больше расправив ребятам крылья.

Наши гостиничные номера были наполнены газетами и журналами, в которых печаталось про нас. Их приносили нам горничные, а некоторые и вовсе по два номера — один нам, другой для себя, с именной подписью. Надо сказать, что автографы просили редко, порой через стеснительность, но едва получив заветную подпись, лица людей наполнялись безграничным счастьем. Меня это сильно смущало, потому что не привык я еще к той роли, которую нам выпало получить.

Ребята же вовсю входили во вкус.

На пятый день нам начали приходить письма. Писали в основном из Московской области — остальная почта еще не дошла, там нам сказал Дмитрий. Послания от детей и подростков, от коллективов заводов и школ, от альпинистов и секций — мы читали каждое и это немного меня отвлекло.

Было приятно читать о том, что наш подвиг вдохновил людей на многое, пусть разное, порой не всегда значимое, но все-таки вдохновил. Повара третьей столовой имени Ленина придумали в честь нас новый торг «Победа» с белковой помазкой в виде горы; рабочие сталелитейного завода решили увеличить план выдачи готовой продукции до 7440 единиц продукции — высоты Пика Победы; ученики пятого «Б» класса школы № 11 все записались в кружок альпинизма.

Это согревало, наполняя сердце приятным ощущением.

Все семь дней мы жили в гостинице. И каждый вечер ко мне приходил Дмитрий, иногда один, иногда с кем-то из своих сопровождающих. Они подробно меня инструктировали. Уходили глубоко за полночь, и мне было тяжело встретиться с Лесей, хотя очень хотелось. Девушка понимала, что происходит что-то не входящее в официальную программу группы, но с лишними вопросами не лезла, прочитав все в моих глазах.

И от этого ее понимания, преданного, молчаливого, мне становилось тошно. Я хотел лежать с ней в одной кровати, а не вот это все. И игры в шпионов мне сейчас были не по душе.

Надо отдать должное Дмитрию, он умел очень тонко уловить мое состояние и всего двумя тремя словами успокоить. В какой-то момент я и сам для себя решил — что меня не убивает, то делает сильней. Что я, не справлюсь с заданием? Конечно справлюсь! А потом спокойно смогу отдохнуть с Лесей.

Наконец, настал день вылета.

— Перелет займет четыре с половиной часа, — сказал Дмитрий.

И оттянув за локоть меня в сторонку, шепнул:

— Я с вами не смогу полететь.

Эта новость огорошила меня. Об этом он меня не предупреждал, и я искренне надеялся, что смогу в случае чего уточнить дальнейшие свои шаги с Дмитрием. Но теперь…

— Почему не летите?

— Ты должен понимать, что это не простая поездка. Очень непростая. Это понимают и там, куда нас пригласили. Я работаю в управлении внешней разведки. Они об этом знают.

— Знают⁈

— Они много чего знают. Кроме одного — им нас не победить.

Дмитрий достал из кармана пачку сигарет, закурил. Желваки на его шее начали перекатываться. Мужчина был зол.